«Нумизматические» автографы из коллекции И.А. Репина

Выставка книг с автографами из коллекций, хранящихся в ОРК Астраханской областной научной библиотеки, прошла в начале 2000 года, предварив собою юбилейные события, связанные со 160-летием Ивана Акимовича Репина. Собранные в Москве астраханским коллекционером и подаренные родному городу книги эти теперь неиссякаемый источник многозначительных находок для искателя автографов и … доминанта выставки.
Экспозиция книг с автографами сразу дала ощущение необходимости количественного анализа находок. Условно, избегая статистической точности (поскольку речь о завершении поиска не идет), можно разделить все обнаруженные на сегодняшний день автографы на несколько групп. Речь идет о делении в результате анализа рода деятельности и сферы интересов дарителей и адресатов инскриптов.
Первая группа – это дарственные надписи, сделанные учеными-натуралистами: ботаниками, зоологами, палеонтологами, минералогами, фармакологами. Демократический стиль взаимоуважения и сдержанности между коллегами-учеными профессорами Московского и Харьковского университетов легко узнаваем равно как и сама традиция подношения своих трудов с сопроводительным инскриптом в русской профессорской среде в середине Х1Х века. Многие из них адресованы известному московскому ботанику, университетскому профессору Н.Н.Кауфману. Особняком в этой группе стоят автографы Тимирязева и Столетова – о них шла речь на предыдущих конференциях.
Особая группа – книги с автографами ученых-нумизматов, востоковедов, геральдистов. Обилие этих книг в коллекции Репина и некоторые другие знаки заставляют поверить в то, что помимо книг и гравюр коллекционер передал городу нумизматическую и медальерную коллекции, следы которых потеряны. Автографы эти особенные еще и потому, что относятся ко времени, когда эти науки формировались в системы знаний и получали официальный статус, а авторы стоят у истоков их создания.
Известный английский востоковед Уильям Марсден (1754-1836) почти всю жизнь прожил на Востоке, занимая различные государственные должности: сначала в качестве резидента в удерживаемом англичанами форте Мальборо на острове Суматра; затем секретарем в правительстве Индии, а с 1807 года занимал ответственный пост в индийском Адмиралтействе. Ему принадлежат монографии по истории острова Суматра и путешествиям Марко Поло, грамматика и словари малайского и индонезийского языков. Главный его труд «Восточная нумизматика: описание древних и современных монет из коллекции У.Марсдена» (Лондон, 1825) получил хвалебную рецензию одного из создателей школы французской ориенталистики – Сильвестра де Саси. На этой книге сделана дарственная надпись на французском языке: «Г. Абелю Ремюза от автора с наилучшими пожеланиями». Адресат Марсдена и владелец книги личность еще более знаменитая. Жан-Пьер Абель Ремюза (1788-1832) – знаменитый французский востоковед, основатель синологии. Он преподавал китайский и маньчжурский языки в College de France, издал множество своих работ по истории китайского языка. Ремюза и его старший друг Сильвестр де Саси основали Азиатское общество Франции и попеременно его возглавляли; до конца жизни Ремюза оставался главным хранителем кабинета восточных рукописей Королевской библиотеки Франции.
Его дело в Королевской библиотеке продолжил французский нумизмат и искусствовед Анри Лонгперье (1816-?). Его инскрипт помещен на отдельном издании очерка «О золотой медали царицы Дионис» (Париж, 1843).В течение 31-го года Лонгперье изучал историю Древнего мира, будучи хранителем Египетской, Ассирийской, а затем античной и Мексиканской секций Лувра. Он преподносит свой очерк немецкому специалисту по нумизматике средних веков Юлиусу Фридландеру.
Природа увлечения нумизматов сродни «безграничной» страсти библиофила, а традиция и необходимость постоянных профессиональных контактов диктовали строки, которыми ученые Европы и России сопровождали свои подношения друг другу.
Так немецкий арабист Карл-Генрих Шир, издатель арабских рукописей из Дрезденской библиотеки, преподнес в 1849 году свою арабскую грамматику князю Александру Григорьевичу Гагарину (1827-1895) со словами: «Подношение его сиятельству князю Александру Гагарину в знак моего глубочайшего уважения. Дрезден. 15 июня 1849 года». Личность самого князя остается для нас загадкой, требующей разрешения. Тем более что печать его личной библиотеки стоит на многих трудах по ориенталистике, изданных в Европе и в России, грамматиках и словарях восточных языков; на одной из них – владельческий автограф князя, на другой – инскрипт самого Френа.
Христиан Данилович Френ (1782-1851) – знаменитый тюрколог, без преувеличения сказать, отправная точка русской ориенталистики. Немец по рождению, Френ остался в воспоминаниях современников как «ученейший арабист, основатель и князь восточной нумизматики, оказавший великие услуги русской истории». Прожив в России сорок четыре года, Френ основал и возглавил Азиатский музей, заложил основы русской школы востоковедения, воспитал целую плеяду блестящих учеников. Тоненькая книжка, изданная в Женеве в 1843 году – «Письма о нумизматике» Фредерика Соре – хранит автограф Френа .
Другую цепочку взаимосвязей раскручивает солидный труд еще одного «русского» нумизмата - грузинского князя Михаила Петровича Баратаева (1784-1856). Инициалы на корешке, суперэкслибрис и роскошное «одеяние» книги выдают ее принадлежность к коллекции самого автора. Из того же собрания и четырехтомный «Историко-библиографический словарь», изданный в Париже в 1777 году; свидетельство тому – запись о владении, размытая княжеская печать и дата покупки, записанная той же рукой, что и стих из «Метромании» Пирона на авантитуле третьего тома. Князь Баратаев был предводителем губернского дворянства в Симбирске; там основал масонскую ложу, связанную с восстанием 14 декабря; был выслан на Кавказ, где составил себе коллекцию монет, уникальную по полноте и богатству. В 1844 году вышло описание этой коллекции на трех языках: русском, французском и грузинском, в котором, кроме прочего, князь описал изобретенный им способ изготовления точных снимков монет с помощью фольги. О русском варианте «Нумизматических фактов грузинского царства» и шла речь выше; кстати, в книгу вложена табличка-образец со снимками монет, изготовленными подобным образом. На страницах некоторых книг из его библиотеки есть маргиналии, но самое интересное обнаруживаем в конце подаренного профессором Казанского университета арабистом Ф.И. Эрдманом многотомном труде о восточных монетах (Казань, 1834). К последнему тому подплетено рукописное описание коллекции грузинских монет, сделанное князем Баратаевым на многих страницах изящно и аккуратно с воспроизведением самих монет.
Пожалуй, рассказ об автографах ученых-нумизматов можно хронологически завершить упоминанием имени Агафангела Крымского (1871-1942), академика АН УССР, тюрколога, арабиста, ираниста и слависта, поэта и писателя, оставившего владельческую запись и комментарии на полях известного перевода Корана, сделанного А. Биберштейн-Казимирским и изданного в Париже в 1841 году.
Существует еще одна обширная группа не менее интересных автографов профессоров-филологов и журналистов, которые требуют отдельного рассказа. Что же касается книг с «нумизматическими» автографами, то они продолжают не только радовать нас открытиями, но и выполнять свою непосредственную задачу – быть востребованными теперь уже современными специалистами, впрочем, как и во времена своего прежнего владельца и хранителя – Ивана Акимовича Репина.

Чучалина-Талипова Е.С. «Нумизматические» автографы из коллекции И.А. Репина. // Актуальные проблемы теории и истории библиофильства. Материалы VIII Международной научной конференции. – СПб.: Изд – во Российской национальной библиотеки, 2001. – С. 45 – 47.

назад